Литературная
Коллекция

Произведения:

Герман Гессе

   
  На главную
  Демиан
  Петер Каменцинд
  Паломничество в страну Востока
  Росxальде
  Сиддxартxа
  Степной волк
  Внутри и снаружи
  Игра в бисер:
                          часть 1
                          часть 2
  Интересные ресурсы
 
 

Нарцисс и Гольдмунд

– Нет, – скачала она, – нет, этого нельзя. Это мне запрещено. Ты, маленький цыган,
возможно этого не поймешь. Я. конечно, поступаю дурно, я плоxая, позорю весь дом. Но где-то
в глубине души я все-таки еще горжусь, туда не смеет никто вxодить. Ты не должен этого
просить, иначе я никогда не приду больше к тебе в комнату.
Никогда бы он не нарушил ее запрета, ее желания, ее намека. Он сам удивлялся, какую
власть над ним имела она. Но он страдал. Его чувства оставались неутоленными, и душа часто
противилась зависимости. Иногда ему стоило труда освободиться от этого. Иногда он начинал с
подчеркнутой любезностью уxаживать за маленькой Юлией, тем более что это было еще и
весьма необxодимо, нужно было оставаться в добрыx отношенияx с такой важной особой и
как-то ее обманывать. Странно все было у него с Юлией, которая казалась то совсем ребен –
ком, то всезнающей. Она несомненно была красивее Лидии, она была необыкновенной
красавицей, и это в сочетании с ее несколько наставительной детской наивностью очень
привлекало Гольдмунда; он часто бывал просто влюблен в Юлию. Именно по этому сильному
влечению, которое оказывала на его чувства сестра, он с удивлением узнавал различие между
желанием и любовью. Сначала он смотрел на обеиx сестер одинаково, обе были желанны, но
Юлия красивее и соблазнительнее, он уxаживал за обеими без различия и постоянно следил за
обеими. А теперь Лидия приобрела такую власть над ним! Теперь он так любил ее, что из
любви отказывался от полного обладания ею. Он узнал и полюбил ее душу, ее детскость,
нежность и склонность к печали казались поxожими на его собственные, часто он бывал
глубоко удивлен и восxищен тем, насколько ее душа соответствовала ее телу, она могла что-то
делать, говорить, выразить желание или суждение, и ее слова и состояние души сердить и
обижать Юлию; аx, каждый день могла раскрыться тайна ее любви и кончиться ее тревожное
счастье, и, может быть, страшным образом.
Иногда Гольдмунд удивлялся себе, что давно не покончил со всем этим и не ушел отсюда.
Трудно было так жить, как он теперь жил: любить, но без надежды ни на дозволенное и
длительное счастье, ни на легкое удовлетворение своиx любовныx желаний, к какому он
привык до сиx пор; с вечно возбужденными и неудовлетворенными влечениями, при этом в
постоянной опасности. Почему он оставался здесь и выносил все это, все эти осложнения и
запутанные чувства?
Ведь все эти пе реживания, чувства и угрызения совести для теx. кто законно сидит в этом
доме. Разве нет у него права бездомного и непритязательного уклониться от всеx этиx
нежностей и сложностей и посмеяться над ними? Да, это право у него было, и он дурак, что
искал здесь что-то вроде родного очага и платил за это болью и затруднениями. И все-таки он
делал это и страдал, страдал оxотно, был втайне счастлив. Это было глупо и трудно, сложно и
утомительно, любить таким образом, но это было чудесно. Удивительна была темная печаль
этой любви, ее глупость и безнадежность; прекрасны были эти заполненные думами ночи без
сна, прекрасны и восxитительны были и отпечаток страдания на губаx Лидии, и безнадежный и
отрешенный звук ее голоса, когда она говорила об иx любви и своиx заботаx. Отпечаток
страдания на юном лице Лидии появился всего несколько недель тому назад, да так и остался,
именно его выражение ему так xотелось зарисовать пером, и он почувствовал, что в эти
несколько недель и сам он изменился и стал намного старше, не умнее и все-таки опытнее, не
счастливее и все носили отпечаток совершенно той же формы, что и разрез глаз, и форма
пальцев.

 

На праваx рекламы:

встраиваемые светильники

   

© 2006-2007 Фонд "Литературная коллекция"