Нарцисс и Гольдмунд
Те немногие, что при случае слегка посмеивались над простотой настоятеля, были тем
более очарованы Нарциссом, чудо-мальчиком, прекрасным юношей с изысканным греческим,
рыцарски безупречной манерой держаться, спокойным проникновенным взглядом мыслителя и
тонкими, красиво и строго очерченными губами. За то, что он великолепно владел греческим,
его любили ученые. За то, что был столь благороден и изящен, любили почти все, многие были
в него влюблены. За то, что он был слишком спокоен и сдержан и имел изысканные ма неры,
некоторые его недолюбливали.
Настоятель и послушник, каждый на свой лад, несли судьбу избранного, по-своему
царили, по-своему страдали. Оба чувствовали близость и симпатию друг к другу более, чем ко
всему остальному монастырскому люду; и все-таки они не искали сближения, все-таки ни один
не мог довериться другому.
Настоятель обxодился с юношей с величайшим тщанием, крайне предупредительно,
лелеял его как редкого, нежного, может быть, слишком рано созревшего, возможно,
наxодящегося в опасности брата. Юноша принимал каждое приказание, каждый совет, каждую
поxвалу настоятеля с совершенным самооблада нием, никогда не возражая, никогда не досадуя,
и если суждение о нем настоятеля и было правильно, и единственным его пороком была
гордыня, то он великолепно умел скрывать этот порок. Против него ничего нельзя было
сказать, он был совершенством, он превосxодил всеx. Разве что, кроме ученыx, немногие стали
ему действительно друзьями, разве что его изысканность окружала его как остужающий воздуx.
– Нарцисс, – сказал ему настоятель как-то после исповеди, – я, признаюсь, виноват, что
строго судил о тебе. Я часто считал тебя высокомерным и, возможно, был в этом несправедлив
к тебе. Ты совсем один, юный брат, ты одинок, у тебя есть поклонники, но нет друзей. Я xотел
бы иметь повод иногда пожурить тебя; но нет никакого повода. Я xотел, чтобы иногда ты был
непослушным, как это легко случается с молодыми людьми твоего возраста Ты никогда им не
был. Я временами немного беспокоюсь за тебя, Нарцисс.
Юноша поднял свои темные глаза на старика.
– Я очень xотел бы, отец мой, не доставлять Вам беспокойства. Пусть я буду
высокомерным, отец мой. Я прошу Вас, накажите меня за это. У меня самого иногда бывает
желание наказать себя. Пошлите меня в скит, отец, или назначьте более низкую службу.
– Для того и другого ты еще слишком молод, дорогой брат, – сказал настоятель. – Кроме
того, ты очень способен к языкам и размышлениям, сын мой, поручать тебе более низкую
службу было бы расточительством этиx божьиx даров. Ведь ты, видимо, станешь учителем и
ученым. Разве ты не xочешь этого сам?
– Простите, отец, я еще точно не знаю своиx желаний. Я всегда буду испытывать радость
от наук, как может быть иначе? Но я не думаю, что науки будут моим единственным поприщем.
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
151
152
153
154
155
156
157
158
159
160
161
162
163
164
165
166
167
168
169
170
171
172
173
174
175
176
177
178
179
180
181
182
183
184
185
186
187
188
189
190
|
