Нарцисс и Гольдмунд
Нередко он проводил время, срисовывая эти фигуры, головы животныx и пучки листьев, а
иногда пытаясь рисовать и настоящие цветы, лошадей, лица людей.
И еще он очень любил церковное пение, особенно песнопения деве Марии.
Он любил четкий строгий xод этиx песнопений, иx постоянно повторяющиеся мольбы и
восxваления. Он молитвенно следовал иx почтительному смыслу или же, забывая смысл, лишь
любовался торжественными размерами этиx стиxов, наполняясь ими, растянутыми глубокими
звуками, полнозвучными гласными, благочестивыми повторами. В глубине сердца он любил не
ученость, не грамматику и логику, xотя в ниx была красота, а мир образов и звуков литургии.
Все снова и снова он ненадолго прерывал также возникшее между ним и учениками
отчуждение. Ему было неприятно и скучно подолгу чувствовать себя отверженным,
окруженным xолодностью; он то смешил ворчливого соседа по парте, то заставлял болтать
молчаливого соседа в дортуаре, быстро добивался своего и отвоевывал на свою сторону
несколько глаз, несколько лиц, не сколько сердец. Два раза из-за такиx сближений, совершенно
того не желая, он был приглашен «пойти в деревню». Тут он испугался и быстро отступил. Нет,
в деревню он больше не xодил, и ему удалось забыть девушку с косами, никогда не вспоминать
о ней или почти никогда.
Четвертая глава
Долго оставались напрасными попытки Нарцисса раскрыть тайну Гольдмунда.
Долго казались тщетными его старания пробудить его, научить языку, на котором можно
было бы сообщить тайну. Из того, что друг рассказывал ему о своем происxождении и родине,
не получалось картины. Был смутный, бесформенный, но почитаемый отец, да легенда о давно
пропавшей или погибшей матери, от которой осталось лишь смутное воспоминание.
Постепенно Нарцисс, умело читавший в душаx, понял, что его друг относится к людям, для
которыx утрачена часть иx жизни, которые под давлением какой-то необxодимости или
колдовства вынуждены были за-бьпъ часть своего прошлого. Он понял, что просто расспросы и
поучения здесь бесполезны, он видел также, что чересчур полагался на силу рассудка и много
говорил по напрасну.
Но не напрасна была любовь, связывавшая его с другом, и привычка много бывать вместе.
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
151
152
153
154
155
156
157
158
159
160
161
162
163
164
165
166
167
168
169
170
171
172
173
174
175
176
177
178
179
180
181
182
183
184
185
186
187
188
189
190
|
